Оппозиция считает уголовное дело, начатое против возглавлявшего Антикоррупционную прокуратуру Виорела Мораря, «заказом» нынешней власти и «сведением счетов». Генпрокурор Александр Стояногло утверждает, что дело возбудили на законных основаниях, а расследование о финансировании ПСРМ, которое Морарь возобновил незадолго до отстранения от должности, было попыткой защитить себя. В распоряжении NM оказались документы, связанные с этим расследованием. Вместе с экспертами NM разбирался в деле Мораря.
Документы
В распоряжении NM оказалась копия документа, подписанного 2 декабря 2019 года Виорелом Морарем, возглавлявшим тогда Антикоррупционную прокуратуру. В этом документе Морарь распорядился объединить в одно производство два уголовных дела.
В первом речь идет об отмывании денег в особо крупных размерах при участии компании Exclusiv Media, компании-нерезидента Westerby Limited и других, «еще не установленных лиц и единиц». Морарь пишет, что Наццентр борьбы с коррупцией (НЦБК) начал это дело «на основании обоснованных подозрений». 20 ноября 2019 года, как отмечает Морарь, Антикоррупционная прокуратура изъяла это дело у НЦБК для дальнейшего расследования.
Второе дело касается возможного незаконного финансирования Партии социалистов (ПСРМ) из-за рубежа. Как указывает Морарь, это расследование 8 июня 2019 года инициировал старший офицер по уголовному преследованию, закрепленный за Антикоррупционной прокуратурой.
Основанием для этого стала видеозапись встречи президента Игоря Додона с тогдашним лидером Демпартии Владимиром Плахотнюком, которую показал телеканал Publika. На видео Додон говорит о финансировании ПСРМ, отмечая, что расходы на партию составляют $600-700 тыс. в месяц.
Но 8 июля прокурор Антикоррупционной прокуратуры Александр Черней отказал в открытии уголовного дела о незаконном финансировании ПСРМ на основании отсутствия состава преступления.
26 ноября 2019 года решение Чернея аннулируют. И в документе от 2 декабря Морарь констатирует: «Анализируя материалы [этих] уголовных процессов, я прихожу к выводу, что есть основания полагать, что эти действия (отмывание денег и незаконное финансирование) были совершены одним и теми же людьми». Поэтому Морарь считает нужным объединить эти дела в одно производство.
В тот же день, 2 декабря, Антикоррупционная прокуратура отправляет запрос в Налоговую инспекцию (копия запроса тоже есть в распоряжении NM). В нем прокуратура сообщает о своих подозрениях в отмывании денег компаниями Exclusiv Media, Westerby Limited и пока неустановленными физическими лицами.
Как отмечается в запросе, прокуроры выяснили, что в феврале 2016 года на счета компании Exclusiv Media поступил €1 499 884 от офшорной компании Westerby Limited, зарегистрированной на Багамах. В марте того же года директор Exclusiv Media Петр Бурдужа (сейчас является депутатом парламента) и Людмила Фукрулицэ, жена основателя этой компании и депутата парламента Корнелия Фуркулицэ, сняли со счетов Exclusiv Media более 20 млн леев для «возмещения финансовой помощи, полученной от физических лиц».
Эту операцию директор Exclusiv Media Петр Бурдужа подкрепил контрактами займов (помощи), из которых следует, что компания получила более 5 млн леев займов от физических лиц и $100 тыс. от компании-нерезидента Bulwer Development LP.
Также Exclusiv Media выдала беспроцентные займы на 8,8 млн леев 17 физическим лицам.
В связи с изложенными фактами Антикоррупционная прокуратура запросила в Налоговой службе фотокопии документов физических и юридических лиц, у которых были финансовые отношения с ПСРМ.
Среди них общественная организация Iubesc Moldova, компании Exclusiv Media (ей принадлежит телеканалы НТВ-Молдова и ТНТ в Молдове), Telesistem TV (управляет Accent TV и «Первым в Молдове»), офшорная компания Bulwer Development, а также депутаты от ПСРМ Петр Бурдужа, Корнелиу Фуркулица, Петру Кордуняну, Василий Боля и Владимир Односталко. В списке также есть супруга президента Галина Додон, глава ЦИК Максим Лебединский, пресс-секретарь президента Кармена Лупей, член ЦИК Вадим Филипов, столичный мунсоветник от ПСРМ Динарий Кожокару.
Также Антикоррупционная прокурора запросила в Налоговой службе информацию о пожертвованиях, полученных ПСРМ, и особенно о тех лицах, кто жертвовал больше 10 тыс. леев.
Дело
Виорел Морарь, которого в январе арестовали по обвинению в злоупотреблении служебным положением и указании ложных данных в документах, утверждает, что стал жертвой политического преследования, и связывает это со своей профессиональной деятельностью. Обвинение выдвинули по результатам проверки в Антикоррупционной прокуратуре, которую 10 декабря инициировал генпрокурор Александр Стояногло. Тогда же Мораря отстранили от должности на время проверки.
В интервью DW, опубликованном 10 декабря, Виорел Морарь высказывал предположение, что отстранение его от должности и проверка в Антикоррупционной прокуратуре — это способ давления на него из-за расследования в отношении ПСРМ, в котором фигурируют депутаты-социалисты.
Перед заседанием суда 13 января, на котором рассматривалось ходатайство прокуроров об аресте Мораря, он заявлял, что его дело «политическое», и власти таким образом пытаются отвлечь внимание общества от важных тем. Также Морарь заявил, что дело против него завели по указанию нового генпрокурора Александра Стояногло и президента Игоря Додона.
В ПСРМ считают, что Мораря пытаются представить жертвой, пострадавшей из-за дела о финансировании ПСРМ. Об этом написал в Facebook председатель фракции ПСРМ в парламенте Влад Батрынча. Он отметил, что «это дело [об отмывании денег] было возбуждено еще четыре года назад прежним режимом, чтобы шантажировать ПСРМ».
«У них это не получилось по той простой причине, что все действия социалистов были и являются законными. Дело «перезапустил» Виорел Морарь, которого СМИ в последние годы называли прокурором Плахотнюка. Скорее всего, сейчас эту тему вновь подняли, чтобы представить Мораря, фигурирующего в уголовном деле, жертвой», — написал Батрынча. Он также обвинил оппозицию попытке очернить ПСРМ и призвал Генпрокуратуру «пролить свет на это дело».
Генпрокурор Александр Стояногло в комментарии NM отметил, что дело против Виорела Мораря было возбудили по материалам, полученным в ходе проверки его деятельности. «Не я рассматривал эти материалы, и не я их находил», — подчеркнул Стояногло.
Он обратил внимание на то, что дело о незаконном финансировании ПСРМ, с которым Морарь связывает свое задержание, глава Антикоррупционной прокуратуры возбудил еще в 2016 году, но тогда по делу провели всего одно процессуальное действие, потом еще одно в 2017 году, ни одного в 2018 и ни одного в 2019 до ноября, когда Морарь выделил для ведения этого дела 28 прокуроров и 38 офицеров по угольному преследованию.
«Это произошло тогда, когда Морарь стал понимать, что каким-то образом должен себя защитить», — считает генпрокурор. Он также подчеркнул, что Генпрокуратура не вмешивалась в расследование этого дела, и он сам не знает деталей, так как у Антикоррупционной прокуратуры полная автономность в расследовании.
Мнения
Дело против Виорел Мораря стало предметом обсуждений в соцсетях. Так, депутат парламента от партии «Действие и солидарность» (PAS) Сергей Литвиненко написал в своем Facebook после отчета генпрокурора об итогах проверки в Антикоррупционной прокуратуре и Прокуратуре по борьбе с оргпреступностью: «По-прежнему ждем прогресса в расследовании резонансных дел, в особенности кражи миллиарда, отмывания денег и незаконного финансирования ПСРМ с Багам и т.д».
«Простая констатация катастрофической ситуации в прокуратуре без расследования резонансных дел не доказывает независимость и функциональность прокуратуры», — отметил Литвиненко.
Ранее, комментируя дело против Мораря, Литвинеко написал, что, хотя у него и есть грехи, за которые он должен ответить, «действия прокуратуры выглядят, как политический заказ Игоря Додона, чтобы не позволить расследовать дело, в которое вовлечен президент».
«Когда Морарь возглавлял Антикоррупционную прокуратуру знаменитое дело о финансировании ПСРМ из России (через Багамы) получило новый толчок. Сделал ли он это, потому что предчувствовал что-то? Возможно. Но ясно, что он применил закон и действовал так, как давно должна была действовать прокуратура», — написал Литвиненко.
Виорел Морарь, напомним, возглавил Антикоррупционную прокуратуру в апреле 2016 года, а весной 2019-го подал в отставку. Он утверждал, что его вынудили подать в отставку тогдашние власти. В сентябре 2019 года Мораря восстановили в должности по решению суда, в котором он обжаловал свою отставку.
Экс-министр юстиции Олеся Стамате, комментируя в Facebook арест Мораря, написала, что «никому не желает столкнуться с молдавской юстицией». «Это не о Мораре. Ему, возможно, есть за что отвечать. Я задаюсь вопросом — не используют ли его, как козла отпущения, в то время как других, с большими проблемами, чем у Мораря, не трогают», — пояснила она.
По словам Стамате, у нее складывается впечатление, что власти арестом Мораря хотят ответить на «жажду крови», которую испытывает общество. «Разве мы хотим такую избирательную юстицию, с помощью которой сводят счеты? В любом случае дальнейшие действия Генпрокуратуры, в том числе в деле о финансировании ПСРМ и расследованиях о нарушениях, допущенных прокурорами, подтвердят или опровергнут эту гипотезу», — отметила Стамате.
Политический аналитик Виктор Чобану считает, что политики, защищающие Виорела Мораря, выбрали «ошибочную тактику в построении политического дискурса». «Мораря не надо виктимизировать. Правильнее было бы сказать, что он начал несколько громких дел. Но, если нет Мораря, есть Генпрокуратура, и пусть она эти дела доведет до конца», — отметил Чобану.
По его словам, по делу Виорела Мораря просто надо обеспечить справедливое судебное разбирательство.
Программный директор Центра юридических ресурсов Ион Гузун в комментарии NM отметил, что необходимо отделять зерна от плевел. По его словам, вопросы вызывают основания, на которых Генпрокуратура инициировала проверки в Антикоррупционной прокуратуре и Прокуратуре по борьбе с оргпреступностью и особым делам (PCCOCS). В то же время, отметил он, в ходе этих проверок выявили разные нарушения.
«Вопросы вызывает и то, какие дела для проверки выбрала Генпрокуратура. В отчете об итогах проверки генпрокурор не указал, сколько всего дел проверили. Мы также ничего конкретного не услышали о незаконных действиях Виорела Мораря и [экс-главы PCCOCS] Николая Китороагэ», — отметил эксперт. По его словам, дисциплинарные и уголовные меры, которые последуют за выявленными нарушениями, покажут, были ли эти проверки сведением счетов.
Комментируя дело Мораря, эксперт заявил, что не понял, в чем заключаются незаконные действия Мораря. «Если это злоупотребление служебным положением, то кому был нанесен ущерб?», — задался вопросом Гузун.
Он также напомнил, что генпрокурор Стояногло говорил о порочной практике чрезмерного применения ареста в Молдове, при этом Мораря сразу поместили под предварительный арест. «Не думаю, что уголовно-процессуальные действия происходили без ведома Стояногло, тем более, что только в его компетенции было начать уголовное преследование против Мораря. Какие обстоятельства объясняют арест Мораря?», — вновь задался вопросом Гузун.
Правоохранительные органы Молдовы, напомнил он, одновременно прослушивали и следили за сотнями граждан: «Разве они не смогли бы держать под наблюдением одного главу Антикоррупционной прокуратуры?».
