Избрание президентом Румынии проевропейца Никушора Дана не означает окончание политического кризиса в стране: в Румынии нет устойчивого парламентского большинства и постоянного правительства. Эту проблему новоизбранному президенту придется решать одной из первых. Какие еще сложные задачи перед ним стоят? Стоит ли ждать протестов после проигрыша Джордже Симиона? Или досрочных парламентских выборов? И как это отразится на Молдове? Об этом NM поговорил в Бухаресте c румынским политологом Сорином Ионицэ.
«Они испугались прихода к власти президента-фашиста»
По итогам первого тура выборов Никушор Дан отставал от Джордже Симиона на 20%. Как ему удалось во втором туре не просто сократить разрыв, но вырваться вперед? Кто составил ту электоральную базу, которая обеспечила перелом?
Действительно, это очень необычно. Никушору Дану удалось не просто преодолеть 20-процентный разрыв, но и опередить Симиона на 7%, получив 53,6% голосов. То есть Дан практически в два раза увеличил своей электорат. Это показало, насколько переменчив электорат и как много зависело от явки избирателей. Во втором туре она стала рекордной — более 64%. Эти люди, [которые вышли во втором туре выборов, но не голосовали в первом], — это молчаливый проевропейский электорат. Они испугались перспективы прихода к власти президента-фашиста. А именно таким является суверенистское движение в Румынии, [которое представляет Симион].
Все крупные города, все исторические столицы, даже юг — уезд Долж, Крайова — проголосовали за Никушора Дана. То есть народ вышел. Средний класс, молодежь — люди, испугавшиеся перспективы того, что Румыния свернет с важного [проевропейского] пути.
Почему раньше этот электорат был молчалив и пассивен?
Многое зависело от ситуации в целом. В прошлом тоже бывали напряженные выборы. Но это было противостояние в духе «коррупция против антикоррупции», «левые против правых».
А сейчас люди почувствовали, что речь идет о чем-то гораздо более важном: о геополитической ориентации. А с этим не играют.
К тому же в последние годы была такая «атмосфера стабильности». Люди, как бы это сказать, чувствовали себя подавленными и не интересовались политикой. Была коалиция [двух крупнейших партий Румынии] — PSD-PNL, ее курировал тогдашний президент Клаус Йоханнис. К этой коалиции было много вопросов, ее лидеры не пользовались доверием. У них был план на 10 лет и избирателям был послан четкий сигнал: «что бы вы ни делали, мы останемся», и из-за этого часть избирателей стала пассивной, в то время как другая часть, наоборот, радикализировалась, и в знак протеста стала поддерживать ультраправых политиков, таких как Симион и Кэлин Джорджеску.
Никушор Дан получил среди румынских избирателей в Молдове гораздо большую поддержку, чем в самой Румынии. В Румынии, судя по осенним выборам и первому туру, большей популярностью пользовались политики -суверенисты. Почему избиратели по разные стороны Прута голосовали по-разному?
Румыны Молдовы понимают важность геополитики, возможно, лучше, чем румыны, живущие в Нидерландах, Франции или в Тимишоаре. В Молдове с такими вещами, как геополитическая ориентация, не шутят. Они понимают, что значит для европейского пути Молдовы поддержка Румынии или потеря этой поддержки.
К тому же Симион — персона нон грата в Молдове. Все понимают, кто он. Достаточно посмотреть, кто из молдавских политиков ему симпатизировал — пророссийская партия социалистов во главе с Игорем Додоном. Я думаю, молдаване понимали, кто такой Симион.
Как кто-то удачно выразился, в конечном итоге Симиону удалось добиться своей цели: ему удалось объединить Молдову и Румынию, но только против себя. Ему удалось это реализовать, но не так как он надеялся.
Какие проблемы придется решать новоизбранному президенту Румынии в первую очередь? И чего от него можно ждать?
Проблема номер один — это дефицит бюджета. У нас огромный дефицит, а, значит, нас ждут непопулярные реформы. Вторая задача — это переговоры о создании парламентского большинства и формирование нового правительства (после первого тура выборов правительство ушло в отставку, а правящая коалиция распалась). Никушор Дан — не партийный человек, он вышел из гражданского общества, и это его плюс. К тому же у него есть опыт в переговорах о формировании коалиций. Будучи мэром Бухареста, он был вынужден постоянно вести переговоры с коалициями в мунсовете, чтобы обеспечивать поддерживающее себя большинство. Иначе работа мэрии была бы ограничена. А Бухарест —это не маленькая деревня, где все друг друга знают. Так что единственный путь — грамотные переговоры.
Первые полгода лидеры PSD и PNL не смогут влиять на Никушор Дана и навязывать ему свое правительство. Но потом рейтинг нового президента начнет падать. Особенно после непопулярных реформ, которые необходимы. Посмотрим, что будет через полгода.
Какие это могут быть реформы?
Сокращение расходов, повышение налогов. А как еще можно закрыть бюджетный дефицит? Никак. И, вероятно, и то и другое одновременно, потому что ситуация ужасна. Дефицит бюджета — более 9%, такого нет ни у кого в Европе.
Вторая проблема — гражданский контроль над спецслужбами. У них сейчас огромное влияние и на политику, и на бизнес. И это тоже одна из причин антисистемного голосования. Люди устали от лидеров, которых в любой момент дергают за ниточки спецслужбы.
«Радикальные движения остаются вне игры»
Если говорить о новой правящей коалиции, каким, по вашему мнению, может быть новое парламентское большинство в Румынии?
Сформировать коалицию будет очень сложно. Особенно, если не брать в расчет суверенистов. А их нельзя брать. Радикальные движения остаются вне игры.
В новой коалиции обязательно будет Союз спасения румын (USR) — партия, которую создал Никушор Дан. К ним, возможно, присоединятся Национал-либеральная партия (PNL), Демократический союз венгров (UDMR) и представители нацменьшинств. Вопрос в том, как поступит Социал-демократическая партия (PSD), [лидер которой Марчел Чолаку подал в отставку в начале мая, после первого тура президентских выборов]. Они должны решить внутренние проблемы и избрать новое руководство. Это крупная партия с присутствием по всей стране, с многочисленными кланами, которые ненавидят друг друга. Сейчас там стоит вопрос преемственности: кто возьмет партию в свои руки, и захочет ли он войти в правящую коалицию или предпочтет поддерживать [в парламенте] отдельные решения.
PSD — крупнейшая партия и фракция в парламенте, без нее будет сложно принимать решения. Какая судьба их ждет после серии проигранных выборов?
Основная их ошибка в том, что они не сменили руководство партии еще в прошлом году. Теперь они сделают это. Будет большая битва за то, кто возьмет управление в свои руки. В PSD есть сильные лидеры. Например, мэр четвертого сектора Бухареста Даниел Бэлуцэ. Он может претендовать и на кресло мэра Бухареста — это очень важная политическая должность. И Бэлуцэ, думаю, рад, что победил Никушор Дан, потому что у него появляется шанс стать мэром Бухареста на следующих выборах.
Есть и другие лидеры [в PSD]: мэр Крайовы Ольгуца Василеску, бывший мэр Бухареста Габриэла Фиря, которая была «сослана» в Брюссель евродепутатом и которая, вероятно, тоже хочет вернуться в руководство партии. Так что в этой партии очень сильные личности, мощные территориальные организации, и многое будет зависеть от того, кто будет лидером возьмёт PSD после Марчела Чолаку.
Если коалицию не удастся создать, возможен ли самороспуск парламента и досрочные парламентские выборы?
Вряд ли. Процедура роспуска парламента сложная. В итоге парламент должен сам проголосовать за свой роспуск. Не думаю, что люди, получившие мандат депутата, пойдут на это. Они боролись за четырехлетний манда и через год просто откажутся от него? В это слабо верится.
«Они готовились к протестам после второго тура»
Что же ждет суверенистов, AUR и Джордже Симиона после проигрыша на выборах?
Скорее всего, они возьмут паузу. Уже после полуночи в ночь выборов они поняли, что проиграли и что разрыв большой (7%). Я предполагаю, тогда Симион подумал: «Давайте успокоим людей. Партия остается, наши избиратели все еще с нами, пусть они (новая власть) провалятся с этими непопулярными мерам. А к декабрю, когда упадут их рейтинги, и народ начнет ругать Никушора Дана, мы вернемся. С новой кампанией, с тем, что уже делали». Думаю, так они и поступят сейчас — уйдут в тень и будут ждать лучшего времени. Это было бы логично, но они не всегда поступают логично. (На момент публикации интервью Симион заявил, что обжалует результаты выборов и обвинил Молдову и Францию во вмешательстве).
С другой стороны, если рейтинг Никушора Дана не будет падать, если он сможет объяснить необходимость непопулярных реформ, тогда это станет вызовом для суверенистских партий.
Раньше люди не хотели голосовать за PSD и PNL и шли к суверенистам. Если появятся другие силы, если у избирателей появится альтернатива, то суверенистское движение и вовсе может начать сходить на нет. Так что у AUR сейчас два сценария: очень позитивный, или очень пессимистичный.
Стоит ли ждать протестов?
А они не прекращались. После отмены первого тура президентских выборов [осенью 2024 года] у правительства постоянно кто-то протестует: будь то пять человек или 500.
Если говорить о массовых протестах, то, думаю, они [AUR] к ним готовились, особенно когда поняли, что могут проиграть. Но не с таким разрывом. Если бы разрыв был меньше, например, 1%, то протесты были бы однозначно и сейчас на улицах было бы шумно.
«Лучше ситуации не придумать»
Президент Молдовы Майя Санду открыто поддержала во втором туре Никушор Дана. Надо полагать, что теперь отношения Молдовы и Румынии пойдут в гору?
Будем надеется, что будет, как надо. Лучше ситуации не придумать: два лидера, вышедших из гражданского общества, — Майя Санду и Никушор Дан примерно на одной волне. У них хорошие отношения с Европой и с главной силой, заинтересованной в нашем регионе — Францией и с президентом Макроном. Вместе с поддержкой Румынии это может дать дополнительный импульс евроинтеграции Молдовы.
Майя Санду поддержала Никушора Дана, так что теперь логично, чтобы часть внимания румынской администрации была направлена на поддержку проевропейского курса и проевропейского лагеря в Молдове. Особенно в канун парламентских выборов в Молдове. Я думаю, внимание к этому будет очень высоким. Выборы в Молдове очень важные, и избирательная кампания начнется рано — уже в июле-августе. Будет большая поляризация электората, высокая интенсивность предвыборной гонки. И это будет отражаться и на нас, то есть будет влиять и на румынскую политику.
Каким образом?
Любые выборы в Румынии или в Молдове всегда влияют друг на друга. И не только из-за языка, но и из-за общих нарративов, риторики, людей. Джордже Симион ссылался на Майю Санду во время нашей избирательной кампании. Так что к Молдове особое отношение в Румынии. И когда у вас будет разгар избирательной кампании, в Бухаресте не останутся равнодушными.
Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.
Хотите поддержать то, что мы делаем?
Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.
Поддержи NewsMaker!
