А если Додон согласится на коалицию с ACUM? Таким вопросом в комментарии к моему тексту «ACUM или никогда» задается политический эксперт и бывший госсекретарь минобороны Молдовы Думитру Мынзэрарь. По его мнению, в случае вывода из игры Плахотнюка, есть опасность прихода к власти социалистов, поэтому это плохой сценарий.
Комментарий Мынзэраря трудно переоценить. Он честно и открыто излагает логику, которой руководствуются многие скептики и критики идеи союза ACUM и ПСРМ против Плахотнюка, но боятся об этом сказать прямо. Мынзэрарь не боится, называет вещи своими именами, и это хорошо.
Я тоже люблю называть вещи своими именами. Логику противников совместного голосования ACUM-ПСРМ я бы сформулировал так: раз ACUM не способен победить в свободной конкуренции и на честных выборах, лучше оставить еще на четыре года всеподавляющую авторитарную мясорубку Плахотнюка, потому что для них она более приемлема геополитически.
Это честно. Но это — (гео)политическое иезуитство.
В своем первом тексте я исходил из гипотезы, на которой настаивает оппозиция, изначально отказываясь от этого варианта. Мол, Додон не свободен, поэтому точно не пойдет на это, а, значит, и пробовать не надо. Я показал, что даже если они предложат, а Додон откажется, это будет намного лучше, чем даже не попытаться.
При этом я вовсе не утверждаю, что Додон не хочет соскочить с крючка Плахотнюка. Наверняка, хочет. Сможет ли — далеко не факт. Но если бы Додон вдруг согласился на совместное голосование ПСРМ с ACUM, и они сумели бы вывести из игры Плахотнюка, это безусловно, и в любом случае, был бы лучший вариант.
Что именно и как будет дальше в таком случае — вовсе не предопределено. Но какие-то контуры и возможности можно очертить уже сегодня.
Первое. Партия, которая сыграет первую скрипку в освобождении страны от захвата и правильно этим распорядится, может получить большой моральный и политический бонус. ПСРМ и Додон сейчас сами захвачены, так что лидерство, инициатива и преимущество тут, как ни крути, — за ACUM. При грамотной и креативной политической стратегии на свободных выборах такая политическая сила вполне могла бы рассчитывать на очень хороший результат, возможно — большинство.
Есть ли у ACUM такие стратегия, креативность, потенциал, визионерство, лидерство — для меня вопрос. В моем представлении, например, движение к политическому центру при грамотной воспитательной работе с традиционным правым электоратом позволило бы получить больше, чем потерять. Но начинать надо было намного раньше, хотя бы сразу после президентских выборов. Сейчас уже очевидно, что они пошли другим путем. И, возможно, переигрывать уже поздно.
Второе. Если ACUM, как мы видим, все-таки не хочет отрываться от правого края — не беда. В таком случае у него, конечно, не выйдет получить большинство. Тогда нужна новая здоровая политическая сила в центре. И, возможно, еще одна слева. Если на горизонте замаячат свободные выборы, уверен, что такие люди и такие силы появятся.
А вот при работающей мясорубке Плахотнюка многие нормальные и здравомыслящие люди в политику просто не пойдут. Кому охота превратиться в фарш? Полагаю, та же Майя Санду уже сто раз пожалела, что во все это ввязалась, и не раз подумывала выйти из игры. Так вот за четыре года часть тех людей, которые представляют здоровый общественный и политический ресурс, просто уедут из страны — процесс, который мы наблюдаем в последние годы.
За таких четыре года ACUM и его социальная база не вырастет, а, наоборот, сдуется. Что и как будет через четыре года с лидерством в ACUM — неясно. А новые весомые лидеры там, скорее всего, не появится, потому что при этой системе им просто неоткуда взяться.
Третье. Даже если гипотетически допустить, что при свободной конкуренции и на относительно честных выборах ПСРМ возьмет верх, то, во-первых, восстановление открытой политической конкуренции и демократических выборов — уже самоценность, не так ли? Во-вторых, иметь дело с системой Додона (по крайней мере, на этапе становления) и с системой Плахотнюка — это очень разные вещи. Разные возможности для работы и консолидации политической оппозиции, разные возможности для сдержек авторитарных тенденций и т.д.
Достаточно сравнить степени свободы политической жизни, например, при авторитаризме Воронина и Плахотнюка. Я при обоих системах был против (и так же был бы против системы Додона), но прекрасно вижу разницу. И по персональным психотипам, и по степени изощренности и порочности. И главное — по опасностям и сложности того, как в итоге выходить из этой системы.
И изощренность системы удержания власти, и цена выхода, и последствия для общества постоянно растут, а не уменьшаются. Через четыре года цена будет еще выше.
Если бы у вас была возможность убрать из сегодняшней молдавской политики одного человека — Додона или Плахотнюка — кто бы это был? Кто и как в ACUM ответил бы на этот вопрос?
Похоже, многие предпочли бы оставить Плахотнюка. И это тоже своего рода диагноз. Геополитический «стокгольмский синдром» молдавской оппозиции.
Евгений Шоларь — политический обозреватель NM
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
