8ºC Кишинёв
Воскресенье 21 октября 2018

«В Молдове около 100 тыс. психически больных людей». Интервью NM с психиатром Вадимом Афтене

На этой неделе во всем мире отмечался Всемирный день психического здоровья. Психиатр, глава Коммунитарного центра психического здоровья сектора Рышкановка и бывший замдиректора Костюженской психиатрической больницы Вадим Афтене рассказал в интервью NM, почему в Молдове боятся обращаться к психиатрам, даже когда это явно необходимо, в чем смысл реформы в области психического здоровья и как проблемы с желудком или печенью могут свидетельствовать о глубокой депрессии.

«Наши люди идут в церковь или ищут способ отвлечься. К психиатру обращаются, когда уже все запущено»

Как обычному человеку понять, когда надо обращаться к психологу, а когда — к психиатру?

Полагаю, этот вопрос интересует многих. Люди предпочитают обращаться к психологу. Это звучит не так страшно. Разница же кардинальная. Психолог консультирует. Он может диагностировать пациента, но лечением занимаются психиатры. Все зависит от степени тяжести заболевания. На ранних стадиях можно обратиться к психологу. К сожалению, к нам приходят, когда у пациента уже запущенная форма психического расстройства.

А как понять, что настал момент обратиться к психиатру?

Это и вправду порой трудно определить, так как отклонения в себе мы замечаем реже и позднее, чем в других. Странности у посторонних мы замечаем сразу, они бросаются нам в глаза. А вот свои странности осознать и признать гораздо сложнее.

В нашем менталитете пока нет установки, что, если внутри что-то беспокоит, что-то тревожит — с этим надо разбираться. Наши люди идут в церковь или ищут способы отвлечься. К психиатру обращаются, когда уже все очень запущено, или те способы, которые человек использовал, не помогли.

Для большинства людей то, что происходит внутри — тайна. Мы привыкли обращать внимание только на то, что снаружи. Так легче. Когда больно, когда на душе тяжело, мы начинаем искать причину во внешних факторах, объясняя себе, что это из-за того, что нам нагрубили или что-то не получилось. Но это не отражает истинных причин.

Есть и другой фактор укоренившегося негативного стереотипа о психиатрии: люди насмотрелись фильмов с пугающими образами душевнобольных. Услышав слово «психиатр», они ассоциируют себя с увиденным и, конечно, сопротивляются такой идее. Срабатывает защитная реакция: «Хочешь упечь меня в психушку?».

Часто к нам приходят родственники и просят помочь их близкому. Сам человек зачастую не осознает патологические психические расстройства. Взять хотя бы шизофрению. Это психотическое заболевание, при котором пациент по-другому воспринимает реальность. Он живет в своем мире, может слышать голоса и при этом не осознает, что болен. Симптомы проявляются медленно и постепенно. Человек начинает верить уже в новую, свою реальность. Только пройдя лечение, он понимает, что был болен.

Чем все-таки чревато обращение к психиатру в социальном плане? Ставят ли пациента на учет?

Это еще одна фобия в обществе, связанная с юридическими аспектами: «Я обращусь к психиатру, и где-то это зафиксируют, а потом это обязательно всплывет». В Молдове еще осталась практика запрашивать у психиатра данные о человеке при устройстве на работу, хотя это его личные данные. Наше законодательство в этом плане пока не защищает граждан. По запросу из прокуратуры, если заведено уголовное дело, мы тоже обязаны дать информацию — состоит ли человек на учете. В других случаях никто не обязывает раскрывать эти сведения.

Внесу ясность: на учет ставят пациентов со сложно протекающими болезнями, чтобы следить, как проходит лечение и выздоровление. Это тот же учет, на который ставят больных сахарным диабетом или другими болезнями у эндокринолога или семейного врача. Но в нашем обществе, если человек на учете у психиатра, это значит, что от него надо держаться подальше, а еще лучше — изолировать. Напомню, карточку заводят абсолютно на всех пациентов, учет касается только сложных. Поэтому стереотип о том, что обращение к психиатру чревато пятном на репутации, ошибочен. Кроме того, лучше обратиться к специалисту при первых симптомах, чем в осложненной стадии болезни.

Возможна ли сегодня госпитализация без согласия пациента?

Согласно закону «О психическом здоровье», госпитализируют больного без его согласия, только если он представляет опасность для себя или окружающих.

Но, как я уже говорил, чаще к врачам обращаются родственники, и нужно очень детально и глубоко работать с пациентом, чтобы он сам хотел лечиться.

Как бы вы оценили грамотность молдавского общества в вопросах психиатрии?

По десятибалльной системе я бы оценил на два-три балла.

«Это необходимо для того, чтобы люди с психическими заболеваниями чувствовали себя нужными обществу»

О реформе в области психического здоровья в Молдове говорили давно и много. Расскажите, к чему инициаторы реформы стремились и чего добились?

Реформа началась еще в 2005 году, когда Молдова ратифицировала Европейскую декларацию по охране психического здоровья и были введены первые принципы, касающиеся психического здоровья. В 2007 году разработали первую Национальную программу психического здоровью. В Национальной стратегии здравоохранения есть специальная глава об этом. Именно тогда началась трансформация старой системы, основанной главным образом на госпитализации.

Дело в том, что раньше пациента в больнице лечили от острых проблем. Но за то время, что он проводил в клинике, он терял многие навыки, в том числе социализации. Когда пациент возвращался домой, часто происходили обострения, и он возвращался в больницу.

Эффективнее, если человек проходит лечение в семейной обстановке, дома. Поэтому решили перенести отдельный сегмент лечения психических заболеваний в область семейной медицины. Теперь семейный врач должен вести и осматривать не только соматических больных, но и психических, следя за выполнением рекомендаций психиатра. Открыли коммунитарные центры в районах, чтобы удерживать больных дома. В 2016 году вышел приказ министерства здравоохранения, чтобы в каждом районе был коммунитарный центр психического здоровья с мультидисциплинарной группой: психиатр, психолог, социальный работник, медсестра и эрготерапевт.

Их действительно открыли всех районах?

Да, но я не знаю, насколько они обеспечены квалифицированным персоналом.

Насколько в процессе реформы сократилось  число коек для психически больных людей?

Дело не в том, сколько «закрылось» коек, а в балансе — нужно понять, какова потребность в них, и обеспечить ее. При открытии центров поток пациентов должен был переориентироваться на них. Только когда это произошло, сократилось и число коек. В целом по стране их стало на 700 меньше.

Действительно ли снизился поток пациентов в Костюженскую психиатрическую больницу?

Да. Центры выполняют свою задачу — помогать пациентам лечиться и реабилитироваться в домашних условиях. Так они смогут работать и быть независимыми от родственников, пенсии по инвалидности. Это необходимо для того, чтобы они чувствовали себя нужными обществу.

«На первом месте среди психических заболеваний в Молдове — депрессия»

Каким психическим расстройствам больше всего подвержены жители Молдовы?

Точной статистики нет. В Молдове около 100 тыс. психически больных людей. На первом месте среди заболеваний — депрессия. На втором — умственная отсталость, слабоумие и другие психические заболевания, которые возникли из-за внешних воздействий на мозг человека. На третьем месте — невротические заболевания: неврозы, тревога, фобии. На четвертом месте — шизофрения.

Больше всего в Молдове распространена депрессия. А насколько это опасное заболевание? И как понять, что пора лечиться, а не просто «стало грустно»?

Депрессия — это феномен, который к 2030 году станет лидирующим заболеванием на планете. Ежегодно на Земле около миллиона людей кончают жизнь самоубийством, находясь в депрессии. Статистика показывает, что уже сейчас примерно 450 млн. человек в мире страдают от депрессии различной степени тяжести.
Однако депрессии в чистом виде не существует. Это форма заболевания, которая затрагивает разные уровни психики. Депрессии могут возникать из-за соматических заболеваний. Меланхолическая депрессия возникает при потере близкого человека, после увольнения или сокращения с работы. Есть депрессия, генетически обусловленная нехваткой нейромедиатора (вещество в нейронах, участвующее в процессе передачи нервного импульса от одного нейрона к другому) — серотонина. Депрессия может быть связана с сезонными циклами — весной и осенью. Причин очень много.

Люди могут работать и не подозревать, что желудок или печень начинают болеть из-за принявшей иную форму депрессии. Они начинают проверять у врачей желудок и не могут понять, в чем дело. А лечить нужно душу, психику. Около 60-80% людей, которые обращаются к семейному врачу за лечением, страдают психическими заболеваниям, которые они не осознают или не хотят осознавать.

Основной признак депрессии — это пониженное настроение, которое длится продолжительное время. Если не менее трех недель человек находится в подавленном состоянии, чувствует постоянный упадок сил, страдает от бессонницы или, напротив, постоянно хочет спать, нужно обратиться к специалисту.

Правильно ли я вас понимаю: если не лечить депрессию, она может из психического заболевания стать физическим?

Да. Здесь уместнее сказать о психосоматике или о разгрузке психического конфликта в соматическую сферу через нервную систему. Подавление каких-то чувств ищет путь во внешний мир через наше тело. Психический конфликт принимает образную форму и ведет к дисфункции определенных органов. Не зря говорят в народе — «сердце ушло в пятки», «вскипел, как чайник».

В зависимости же от формы и степени тяжести депрессии назначается терапия и лечение. Иной раз без медикаментов не обойтись. Бывает, что даже лекарства не всегда помогают и доходит до электросудорожной терапии (терапия через электрические импульсы).

Почему в Молдове людям часто стыдно признаться другим, что они страдают от депрессии? Действительно ли это слабость?

В Молдове был и остается стереотип, что физически болеть — это почти героизм, а психически — это слабость, и лучше от таких людей держаться подальше. Люди боятся, что какими-то магическими путями, если они будут общаться с депрессивным человеком, заразятся этим унынием и грустью. Но, как говорили великие психиатры, в каждом человеке есть психическая болезнь, но не у каждого она проявляется.

Разве иметь сахарный диабет — это слабость? Нет. Зато, если у человека шизофрения, значит, бедолага потерял голову. Это связано с нашим сознанием: мы сотнями лет сжигали ведьм на кострах, считая их иными, по-другому относились к людям другого цвета кожи, теперь к людям с другой ориентацией. И все это потому, что они отличаются от некой «нормы». Я не считаю, что психическая болезнь — это слабость. Это реакция наших пациентов на жизнь. Дело не в том, как называется болезнь, а как человек относится к действительности. Если ему нужна помощь — необходимопомочь.

Расскажите, как действуют антидепрессанты? И можно ли после лечения обходиться без них?

Антидепрессанты очень нужны для регуляции нейромедиаторов, для снижения уровня тревожности у пациента. Не надо путать антидепрессанты с транквилизаторами. Антидепрессанты не вызывают привыкания, в отличие от транквилизаторов. И нужно учитывать важный момент: лечение должно быть комплексным и включать терапию и медикаменты. Подход к больному должен быть многосторонним. Нет таблетки от всех проблем. Психотерапия выравнивает состояние человека, выявляет коренные внутренние проблемы: низкую самооценку, блоки, детские травмы и т.д.

«В нашем обществе агрессия связана с тем, что люди не чувствуют защищенности»

Правда ли, что очень много психических патологий — из детства, когда ребенок неосознанно реагировал на ситуации? Насколько важно человеку разбираться в своих детских воспоминаниях, обидах, травмах?

Это доказывает множество трудов психиатров и психотерапевтов. Первым это выявил Зигмунд Фрейд, описав Эдипов комплекс — период, когда ребенок осознает себя «третьим лишним» у родителей. Могут возникать травмы, которые остаются на всю жизнь. Некоторые психоаналитики идут дальше, считая, что травмы зарождаются еще в период беременности и первый год жизни ребенка — кормление грудью, касания, объятия. Однако далеко не всем людям нужно «разбираться» со своим детством. Только тем, кому это действительно мешает в жизни. В таком случае важно осознать, что произошло, почему и примириться.

Сейчас много говорят об аутизме и приводят разные версии причин его возникновения. Почему он все-таки возникает?

До 2000 года в Молдове редко говорилось об аутизме. Когда же мы перешли на международную классификацию болезней, этот диагноз начали ставить чаще. А теперь можно наблюдать гипердиагностику аутизма. У нас появился тренд на аутизм, когда семейные врачи или педиатры, если ребенок еще не говорит, ставят диагноз «аутизм», если не играет — снова «аутизм». Министерство здравоохранения вскоре откроет Центр диагностики и лечения аутизма. Там будут работать квалифицированные специалисты, которые будут давать четкие диагнозы.

Простыми словами, аутизм — это когда ребенок живет своим внутренним миром и ему трудно соприкасаться с внешним. Психотерапевты, в том числе детский психоаналитик Дональд Винникотт, считают, что это связано с первым годом жизни ребенка и его контактом с матерью. Ребенок познает внешний мир через маму — ее грудь, руки, эмоции, игру. Будет это хороший мир для него или плохой, зависит от этого взаимодействия. Ребенок может не получать много информации из внешнего мира, но извлекать ее из внутреннего и концентрироваться на чем-то, что ему интересно: математика, шахматы, живопись. То, что аутизм могут спровоцировать прививки от краснухи, — это миф. И возник он, наверняка, из-за того, что аутизм пока недостаточно изучен.

В молдавском обществе есть и другая специфика — ощутимая агрессия в транспорте, магазине. Агрессия — это черта характера или следствие психического расстройства?

Агрессия в принципе свойственна человеку. Она помогала выживать в древние времена. Проявление инстинкта, а не черта характера. От морали и воспитания человека зависит, насколько он может это контролировать и удерживать, и будет ли эту агрессию выплескивать на других или перенаправит в другое русло.

В Молдове почему-то никто не берет метлу и не идет в парк Штефана чел Маре мести дорожки, когда чувствует прилив агрессии. Но хватает малейшего повода, чтобы проявить собственное эго, подавив другого, более слабого. Никто никогда, за редким исключением, не проявляет агрессии по отношению к морально или физически более сильному человеку. Это закономерность. В нашем обществе агрессия связана с тем, что люди не чувствуют защищенности и подобным образом могут заявить о себе, доказать, что чего-то стоят. В более развитых странах люди не будут так самоутверждаться.

Но чаще всего агрессия проявляется в семье. Неудовлетворенный мужчина проявляет агрессию по отношению к жене, детям. Он не пойдет на улицу с кем-то драться. А дома он может выпустить наружу внутреннюю тревогу. Алкоголь и агрессия обычно идут парой. Проблема в том, что агрессоры редко осознают свою нервозность, гиперраздражительность, агрессивность. Это как алкоголизм — трудно это осознать и признать. Жертвам же агрессии желательно обращаться в коммутативные центры.

 

Автор : Екатерина Кожухарь

Партнерские ссылки