Четыре года назад, 26 августа 2017 года, в кишиневском СИЗО умер Андрей Брагуца. Ему был 31 год, его поместили под предварительный арест, после того как остановили на дороге за превышение скорости. В СИЗО с молчаливого согласия надзирателей его избили сокамерники, а затем он пролежал ночь на бетонном полу. Официальной причиной смерти указали пневмонию. Правозащитники назвали смерть Брагуцы «приговором системе». NM рассказывает, что произошло за эти годы с «делом Брагуцы», и почему одна из судей высказала по нему особое мнение.
Что известно о деле Брагуцы
Андрея Брагуцу задержали 15 августа 2017 года под Оргеевом за превышение скорости. По словам полицейских, Брагуца вел себя агрессивно по отношению к патрульным, поэтому его задержали и отвезли в Кишинев. Сначала его привезли в инспекторат полиции Чекан, а через несколько часов отправили в изолятор на улице Тигина,
Отец Андрея Брагуцы Ион Брагуца рассказал в суде, что в инспекторате Чекан он сообщил полицейским, что его сына состоит на учете в Бельцкой психиатрической клинике, и его нельзя помещать под арест. Также Ион Брагуца рассказал, что, когда полицейские привели его сына, он был раздет до пояса, а рот — закрывали полотенцем.
В первую же ночь после задержания Брагуцу избили четверо сокамерников. 18 августа суд Чекан одобрил ходатайство прокуроров о предварительном аресте Брагуцы и переводе его в кишиневскую тюрьму № 13. Несмотря на решение суда, Брагуцу оставили в изоляторе на улице Тигина, 6.
Последний раз Ион Брагуца видел сына живым перед заседанием суда 22 августа. По словам отца, когда в этот день он пришел в изолятор, врач предупредил его, что «опасается за жизнь его сына». Как рассказал отец, на сыне был белый халат, а на лице — медицинская маска, с помощью которой пытались скрыть множество гематом.
На заседании суда 22 августа судья одобрил ходатайство прокурора о том, чтобы Андрея Брагуцу госпитализировали в Психиатрическую больницу, но по неизвестным причинам этого не сделали. Вечером 23 августа его отправили на осмотр в больницу им. Короленко, а утром 24 августа — в тюрьму № 13. При этом в больнице врачи не успели его толком осмотреть и не выписали ему лечение. По официальной информации Нацадминистрации тюрем, Брагуца скончался от бронхопневомнии 26 августа в больнице при тюрьме № 16.
Кого и как (не) наказали
История Брагуцы получила огласку 30 августа 2017 года, после того как о случившемся сообщили несколько СМИ. Сначала власти утверждали, что Брагуцу продержали под арестом два дня, а остальное время он провел в психиатрической больнице. Потом сообщили, что он умер в больнице при тюрьме № 16.
После смерти Брагуцы завели три уголовных дела. Первое — против четырех сокамерников, избивших Брагуцу, и трех надзирателей, наблюдавших за этим и не пытавшихся остановить избиение. Второе — против 13 других надзирателей и полицейских, наблюдавших за Брагуцей, третье — против двух врачей, которые не оказали ему помощь.
Дело конвоиров и сокамерников
По первому уголовному делу (копия приговора есть в распоряжении NM) обвиняемыми проходили четыре сокамерника Брагуцы: Думитру Табуряну, Адриан Гогу, Станислав Мирча и Андрей Бологан. Их обвиняли по двум статьям УК: ст. 152 «умышленное причинение телесного повреждения средней тяжести или иного вреда здоровью средней тяжести», совершенное двумя или более лицами», и ст. 166 (1) «пытки, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение» (части a, b, c, d).
Обвинение доказало, что 16 августа Табуряну, Гогу, Мирча и Бологан избивали Брагуцу с 4 до 7 утра. Также обвинение утверждало, что сокамерники действовали «с молчаливого согласия конвоиров». Сами подсудимые утверждали, что Брагуца вел себя агрессивно и неадекватно, а также угрожал им. Каждый из них рассказал на суде, что вынужден был защищаться от Брагуцы. К тому же они утверждали, что в ночь с 15 на 16 августа звали конвоиров и требовали перевести Брагуцу в другую камеру, однако их просьбы остались без ответа.
Группе полицейских — Игорю Орбу, Аурелию Шаптебою и Аурелу Исаки, которые наблюдали за избиением, тоже предъявили обвинения по ст. 166 (1) «пытки, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение» (части a, b, c, d). По одному эпизоду речь шла о том, что полицейские не только не помешали избиению Брагуцы, но дали «молчаливое согласие» на то, чтобы сокамерники его избили. Во втором эпизоде речь шла о том, что двое из этих трех надзирателей во время дежурства 19-20 августа игнорировали то, что Брагуца лежал раздетым на бетонном полу. Это привело к развитию у него пневмонии.
Это дело рассматривала коллегия судей в составе Геннадия Павлюка, Григория Маноле и Марии Фрунзе. Решение по делу они вынесли 19 июля 2019 года. Сокамерников Брагуцы оправдали по обвинению в пытках, но признали виновными в нанесении ему травм средней тяжести. Таким образом, Табурняну приговорили к пяти годам лишения свободы, а Гогу, Мирчу и Бологана — к пяти годам условно.
Полицейских Орбу, Шаптебоя и Исаки также оправдали по первому эпизоду о пытках. Судьи объяснили это тем, что сомневаются в том, что надзиратели дали «молчаливое согласие на избиение». В приговоре судьи отметили, что на видеозаписях из тюремной камеры видно, что Брагуца «мешал спать сокамерникам», а они «пытались игнорировать его».
Полицейских, по версии судей, оправдывало то, что за ночь они несколько раз заходили в камеру, где был Брагуца. Также судьи посчитали недостоверными слова свидетеля, который слышал, как конвоиры говорили, что к ним привезли «неадекватного пассажира», которого «другие заключенные поставят на место».
Слова прокурора «о молчаливом согласии» судьи назвали «воображаемыми», напомнив при этом, что погибший «продемонстрировал аморальное поведение».
Тот факт, что в ночь с 19 на 20 августа надзиратели Орбу, Шаптебой и Исаки проигнорировали, что Брагуца сутки лежал на бетонном полу, а в камере у него не было ни одежды, ни одеяла, ни матраса, судьи квалифицировали как пытки. Таким образом, Орбу приговорили к четырем годам лишения свободы, Шаптебоя — к трем годам условно, а Исаки оправдали.
Особое мнение
Cудья Мария Фрунзе при этом не согласилась с решением суда и написала особое мнение. По мнению судьи Фрунзе, все надзиратели должны были получить реальные сроки. «Поведение жертвы никогда не может оправдывать запрещенное поведение [по отношению к ней]», — отметила Фрунзе. Также она подчеркнула, что врачи подтвердили полицейским, что Брагуца страдал психическим расстройством, но это «проигнорировали». Судья подчеркнула, что «государство обязано обеспечить нормальные условия содержания для тех, кто находится под стражей». «Кроме того, если речь идет о людях с психическими заболеваниями, недостаточно, чтобы их просто осмотрели и поставили диагноз. Необходимо, чтобы им обеспечили лечение и медицинское обслуживание», — написала Фрунзе в особом мнении.
В пример она привела одно из решений ЕСПЧ, в котором говорится, что «задержание человека с психическими отклонениями считается законным, только если его поместят в больницу или клинику». Также судья отметила, что внутренний регламент молдавского МВД предусматривает, что тех, кто впервые попал под стражу, следует держать отдельно от рецидивистов. Судья подчеркнула, что Исполнительный кодекс также предусматривает, что в исключительных случаях задержанного можно держать в отдельном помещении.
Также судья отметила, что, согласно показаниям начальника изолятора Эдуарда Ярменко, внутренние инструкции предусматривают, что избитого заключенного необходимо срочно вывести из камеры, вызвать оперативную группу из Инспектората полиции, уведомить дежурного прокурора в прокуратуре Кишинева. Эти инструкции, как подчеркнула судья, в ситуации с Брагуцей надзиратели проигнорировали.
Также она подчеркнула, что не имеет значения, каким образом надзиратели дали согласие на избиение Брагуцы: словами или молчанием. Судья пояснила, что все четверо сокамерников Брагуцы знали, где находятся видеокамеры, по которым за ними наблюдают конвоиры. Судья посчитала, что, увидев, что надзиратели не вмешиваются в драку, сокамерники Брагуцы сделали вывод, что их действия одобрили. Таким образом, по мнению судьи, все подсудимые виновны в пытках и должны получить реальное наказание.
После оглашения приговора по этому делу адвокаты семьи погибшего оспорили его в Апелляционной палате (АП). С сентября 2019 года по август 2021 в АП не провели ни одного рабочего заседания по этому делу.
Дело 13-ти полицейских и дело врачей
Надзиратель Игорь Орбу рассказал в суде, что указание поместить Брагуцу в камеру, в которой были четверо арестованных, ему дал замглавы изолятора Александр Куфлик. Орбу подчеркнул, что Куфлик дал такое распоряжение, «чтобы о нем [Брагуце] могли позаботиться». Также Орбу рассказал, что позднее узнал о том, что 16 августа Брагуцу избили. Тем не менее, как утверждает Орбу, он предложил Куфлику перевести Брагуцу в другую камеру. Но Куфлик, по словам Орбу, сказал оставить Брагуцу в той же камере.
Также Орбу рассказал, что, когда 19 августа заступил на смену, Брагуцу уже держали в одиночной камере, в которой не было матраса и одеяла, а он лежал раздетым на полу. По словам Орбу, Шаптебой попросил у Куфлика дополнительное одеяло и матрас для Брагуцы, но Куфлик сказал, что «его это не касается».
Дело Куфлика, отметим, рассматривали вместе с делом еще 12 полицейских, которых обвинили в пытках Брагуцы. Суд сектора Буюканы 4 июня 2020 года вынес решение по этому делу. Куфлику дали четыре года тюрьмы, еще трем начальникам смены — по три с половиной. Остальным девяти полицейским дали по три года условно. Адвокаты семьи погибшего тоже намерены обжаловать это решение в АП.
Дело двух врачей, которые не оказали помощь Брагуце, суд первой инстанции рассматривает с 2018 года. Решения по нему до сих пор нет.
«Приключения» судьи и прокурора
После того как дело Брагуцы получило огласку, против прокурора Иона Филимона и судьи Юрия Обадэ, из-за которых Брэгуцу, несмотря на тяжелое психическое состояние, поместили под арест, начали дисциплинарные дела. По итогам проверок обоих уволили, но и Обадэ, и Филимон пытаются вернуться в систему. Обадэ оспорил свое увольнение в Апелляционной палате (АП). На одном из заседаний суда он заявил, что по делу Брагуцы не видел другого выхода, кроме ареста, хотя и знал, что это незаконно. На вопрос, почему судья Обадэ тогда не настоял на госпитализации Брагуцы, тот заявил, что такое ходатайство к нему не поступало.
«Я не знал, что он страдает какой-то [психической] болезнью. Когда увидел его на заседании, понял, что он ненормальный. В своем заключении я указал, что он был неадекватным, бил ногами в двери, окна, был раздет. Прокурор должен был обратиться с заявлением, чтобы его [Брагуцу] поместили в психиатрическое отделение», — сказал Обадэ. Следующее заседание по этому делу состоится 27 сентября 2021 года.
Дело прокурора Филимона тоже рассматривает АП Кишинева. Следующее заседание по нему состоится 13 сентября.
***
Эта статья написана в рамках проекта «Укрепление правового государства и обеспечение прозрачности судебной системы». Его реализует ОО «Юристы за права человека» при поддержке Национального фонда за демократию, которые никоим образом не влияют на предмет и содержание опубликованных журналистских материалов.
