NM Espresso: из-за сбоя в аэропорту Кишинева отменили рейсы, в Молдову приезжает Никушор Дан, социалисты вышли на протест

Лидер Приднестровья Вадим Красносельский, часто обвиняющий нынешние власти Молдовы в блокировании диалога, неожиданно обвинил в заморозке переговорного формата «5+2» экс-президента Молдовы, пророссийского политика Игоря Додона. О том, действительно ли в этом виноват Додон, а также, почему формат «5+2» сломался, и можно ли его починить — в материале NM.

Красносельский обвиняет Додона

Лидер непризнанной ПМР Вадим Красносельский заявил, что бывший президент Молдовы Игорь Додон «испортил» формат переговоров «5+2». По словам Красносельского, в октябре 2019 года в Братиславе политический представитель тогдашнего президента Додона отказался подписать итоговый документ «Постоянного совещания по политическим вопросам в рамках формата 5+2». В результате последние встречи в этом формате закончились ничем.

Игорь Додон, комментируя NM это обвинение, заявил, что «всегда поддерживал формат «5+2» — и в период своего президентства, и сегодня, находясь в оппозиции».

Что такое «5+2»?

«5+2» это переговорный формат по урегулированию приднестровского конфликта, в котором участвуют стороны конфликта (Кишинев и Тирасполь), посредники (Россия, Украина, ОБСЕ) и наблюдатели (США и Евросоюз). В таком формате стороны вели переговоры по самым разным вопросам — от безопасности до сельского хозяйства.

В нынешнем виде формат «5+2» оформился в 2005 году. Однако стабильной его работу назвать сложно. В 2006 году переговоры приостановили на неопределенный срок из-за обострения отношений между Кишиневом и Тирасполем после того как Украина по согласованию с Молдовой отказалась пропускать через границу приднестровские грузы, не оформленные в таможенных органах Молдовы. Тирасполь назвал это экономической блокадой Приднестровья. К диалогу вернулись только в 2011 году.

Следующая остановка случилась в 2014 году. Тогда Тирасполь обвинил Кишинев в уголовном преследовании руководителей органов местной власти Приднестровья. Переговоры возобновились в 2016 году.

Нынешняя пауза затянулась почти на семь лет — последняя встреча в формате «5+2» была в 2019 году.

Только ли Додон виноват?

Конечно, безрезультатность последних встреч — не единственная и не основная причина заморозки формата «5+2». После 2019 года встречи осложнила пандемия коронавируса. В 2022 году Россия напала на Украину, началась война, продолжающаяся уже четвертый год. Именно она стала главным аргументом заморозки формата «5+2»: дескать, о каком мирном урегулировании может идти речь, если два участника переговоров находятся в состоянии войны.

В бюро реинтеграции Молдовы в ответ на запрос NM сообщили, что считают формат «5+2» нефункциональным, более того — его практическое функционирование в будущем представляется маловероятным.

В Тирасполе, напротив, называют «5+2» единственным легитимным переговорным форматом. В январе Вадим Красносельский в своем ежегодном послании органам власти Приднестровья заявил о необходимости возобновить переговорный процесс. «Встречи [представителей Кишинева и Тирасполя] проводятся, но это диалог, а не переговорный процесс», — отметил Красносельский.

Выход — встречи «1+1»?

Сейчас представители Кишинева и Тирасполя встречаются один на один (без посредников и наблюдателей). Однако Левобережье такой формат не устраивает. Двусторонние встречи, согласно регламенту, должны проходить поочередно на Левом и на Правом берегах. Но Тирасполе считают, что встречи на Правом берегу для них небезопасны из-за принятого в Молдове закона «О сепаратизме». Закон предусматривает до семи лет тюрьмы за сепаратизм и до трех лет тюрьмы за призывы к нему.
Впрочем, в начале прошлого года Красносельский вылетал из Кишинева на встречу в Москву. На территории, подконтрольной конституционным властям Молдовы, его не задержали. И это вызвало возмущение части молдавского общества.

А если без Москвы и Киева?

Исключить Москву и Киев из переговорного процесса вряд ли возможно. Россия и Украина — не просто посредники, а страны-гаранты приднестровского урегулирования. Это зафиксировано в Московском меморандуме 1997 года.

Россия, кроме того — один из подписантов (наряду с Кишиневом и Тирасполем) соглашения 1992 года о принципах мирного урегулирования конфликта в Приднестровском регионе. Именно на основе этого соглашения были созданы Зона безопасности и Объединенная контрольная комиссия.

Выход Кишинева из этих соглашений может повлечь серьезные последствия. И в самом Кишиневе об этом даже не говорят.

Все решит итог войны в Украине?

Политолог, экс депутат парламента Приднестровья Анатолий Дирун считает, что завершение войны в Украине может стать отправной точкой для создания нового переговорного формата. «Нужно понимать, что все переговорные форматы по приднестровскому урегулированию всегда вытекали из региональной ситуации по безопасности. Формат «5+2» застопорился, потому что стала меняться региональная ситуация. […] В формуле этого формата есть одна системная проблема — отсутствие альтернативы. Никто не может предложить альтернативу «5+2» — ни Киев, ни Кишинев. Поэтому ждем окончания боевых действий в Украине, после чего увидим, какая новая формула взаимодействия будет найдена», — считает эксперт.

Бывший вице-премьер по реинтеграции Александр Фленкя называет нынешние переговорные форматы «устаревшей конструкцией XX века». «Можно вести переговоры о том, как вести переговоры, еще 35 лет. На мой взгляд, перед нашей страной такая задача не стоит. Перед нами стоит задача восстановления целостности страны. Для этого нужно понимать, какие нужны ресурсы и какие действия необходимо предпринять. Нужна определенная помощь и от наших партнеров. Конечно, в этом процессе есть место и для Тирасполя. Никто не утверждает, что с Тирасполем говорить не нужно. Говорить нужно. Можно начать с предметного и серьезного разговора с ними о том, каким образом они будут платить за поставляемый газ» , — считает Фленкя.

У Кишинева есть план реинтеграции?

В прошлом году появилась информация, что правительство Молдовы вместе с Европейским союзом и США разрабатывают план реинтеграции страны. Говорить об этом плане молдавские власти отказывались, объясняя это тем, что публичность может «навредить конечному результату».

А в конце января вице-премьер по реинтеграции Валериу Киверь заявил, что реализация любого плана сейчас невозможна. «Все ждут план реинтеграции. (…) Давайте представим, что такое план. Это набор действий с конкретными сроками и ответственными за их выполнение, будь то учреждения или конкретные лица. В плане урегулирования и реинтеграции это практически невозможно. На основе нашего опыта за 30 лет могу сказать, что любые попытки согласовать элементы реинтеграции Тирасполь отвергал. Мы не можем себе представить, как такой план можно было бы согласовать и реализовать, особенно с неконтролируемой территорией», — заявил Киверь.

По сути, Кишинев и Тирасполь сегодня живут в режиме ожидания — окончания войны, появления «новой формулы», внешнего импульса. Но чем дольше длится пауза, тем очевиднее, что никакое возвращение к «5+2» в прежнем виде уже не решит ключевых вопросов. Реинтеграция постепенно смещается из сферы ритуальных переговоров в плоскость прагматичных решений: экономики, энергетики, безопасности и европейской интеграции. И главный вопрос сегодня уже не в том, кто сломал «5+2», а в том, что придет на смену.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал @newsmakerlive. Там оперативно появляется все, что важно знать прямо сейчас о Молдове и регионе.

Хотите поддержать то, что мы делаем?

Вы можете внести вклад в качественную журналистику, поддержав нас единоразово через систему E-commerce от банка maib или оформить ежемесячную подписку на Patreon! Так вы станете частью изменения Молдовы к лучшему. Благодаря вашей поддержке мы сможем реализовывать еще больше новых и важных проектов и оставаться независимыми. Независимо от того, как вы нас поддержите, вы получите небольшой подарок. Переходите по ссылке, чтобы стать нашим соучастником. Это не сложно и даже приятно.