Как в Молдове получить страховку быстрее всего?

Почему тариф на газ в Молдове хотят повысить сразу на 40%? Как вообще Energocom рассчитывает тариф и прогнозирует закупочные цены на полгода вперед? Какие на предприятии зарплаты? И почему Energocom стал закупать газ на зиму только сейчас, когда цены на рынке выросли? Об этом и не только NM поговорил с главой госпредприятия Energocom Евгением Бузату в спецвыпуске подкаста «Есть вопросы» с Николаем Пахольницким.

«Сегодня газ намного дороже, чем, например, в феврале»

Energocom запросил повышения тарифа на газ на 45% — до 20,93 лея за кубометр. НАРЭ, рассмотрев запрос, практически согласилось с этим требованием, предложив остановиться на 20,30 лея за кубометр. Вы с этим согласны?

Запрос на повышение или снижение тарифа подается на основании закона, согласно которому поставщик обязан подать такой запрос, если у него в течение года финансовое отклонение превышает 1% от общей регулируемой выручки.

На прошлой неделе мы подали такой запрос, так как у нас финансовое отклонение составляло 106 млрд леев при общей регулируемой выручке за год около 8 млрд леев. То есть отклонение превысило 1% и составляло примерно 1,3–1,4%.

ри этом мы смотрим и на закупки форвардных продуктов. То есть покупаем газ сегодня с поставкой на месяц, два или три вперед. Цена формируется окончательно в последний день месяца перед поставкой. Например, финальную цену на газ на август мы узнаем 31 июля. Так работает фронт-индекс. В итоге формируется совокупная цена, по сути — среднее арифметическое.

То есть средняя цена?

Да, средняя цена за весь июль. Она формируется на август. В Energocom, кроме сотрудников аналитического департамента, занимающихся прогнозами, есть доступ к публикациям компаний, которые делают прогнозы — Argus, Bloomberg и других.По тем и другим прогнозам форвардные цены на следующие пять-шесть месяцев будут выше цены, которая была заложена в регулируемый тариф. Сейчас тариф составляет 13,35 ле (без НДС —NM). В него заложена цена закупки газа €404 за тысячу кубометров или €38 за мегаватт-час. Сейчас на рынке цена гораздо выше — около €56. Вчера рынок закрылся примерно на €59–60.

Поэтому мы скорректировали наш прогноз. Плюс сработал триггер — финансовое отклонение на 106 млн леев. Исходя из этого мы сделали свои расчеты. У НАРЭ, конечно, свои расчеты, и они немного скорректировали наш прогноз. То есть, если мы, условно, закладывали цену закупки около €53, то они — где-то €50. Из-за этого у них получилось немного другое предложение по регулируемому тарифу.

Вас оно устраивает?

В конечном итоге финальное решение все равно принимает НАРЭ. Нравится нам это или нет, это не наша компетенция.

Но если бы НАРЭ решило, что оснований для повышения тарифа нет, вы бы, наверное, реагировали иначе. А тут разница всего 50 банов.

В НАРЭ тоже работают люди, которые понимают, как устроена эта сфера. Нельзя не согласиться с тем, что газ сейчас стоит намного дороже, чем, например, в феврале. Это очевидно. Мы все видим эти данные, и у агентства тоже есть доступ к информации и прогнозам. Они все это видят, и отрицать этот факт нельзя.

Давно наблюдаю за ситуацией с регулируемыми тарифами и всегда она примерно одинаковая: поставщик подает в НАРЭ запрос на тариф чуть выше желаемого, а НАРЭ в итоге утверждает чуть ниже запрошенного. Получается, поставщик изначально закладывает в тариф немного больше, понимая, что в итоге утвердят меньше?

Нет, у нас такой цели не было. Мы представили свой прогноз и те цифры, которые видели на тот момент. На их основе и было сформировано предложение по тарифу. У регулятора есть методология, предусмотренная законом, которая позволяет ему пересмотреть расчеты и сформировать свою прогнозную структуру тарифа. Вот и все.

Если тариф утвердят на уровне 20,30 лея, он позволит вам работать без отрицательных тарифных отклонений?

Как я уже говорил, если отклонения превысят 1% или опустятся ниже этого уровня, у нас снова будет не право, а обязанность подать запрос.

Почему Energocom попросил повысить сразу на 45%? В Молдове последние пять лет цены на газ были очень волатильными: 4 лея, 9 леев, потом 30 леев, затем 20 леев. Обычно о повышении тарифа объявляли заранее, говорили о ситуации, прогнозах. Сейчас была полная тишина, а потом — раз, плюс 45%.

Потому что на тот момент мы закончили свои бухгалтерские расчеты и поняли, что должны подать заявление, поскольку обязаны это сделать по закону.

Но почему до этого никто нигде не говорил о возможном повышении?

Как не говорили? Разве никто не знал, что из-за конфликта на Ближнем Востоке цены в Европе выросли? Об этом говорили буквально на всех телеканалах: и Brent поднялся, и Platts, и TTF. Все об этом так или иначе знали. Не знаю, были ли люди морально готовы, но все знали, что цены рано или поздно вырастут.

Кстати, в вашем прогнозе средняя закупочная цена на июль–декабрь 2026 года составляет €623 за тысячу кубометров (€56 — €60 за мегаватт-час). Как вы ее рассчитываете? Как вы вообще прогнозируете эту цену? Вы сами говорили, что цена была и €42, и €54 за мегаватт-час, и доходила, по-моему, даже до €70.

Да, было и €70.

€70 за мегаватт-час — это примерно €735 за тысячу кубометров. Как вы прогнозируете среднюю цену на полгода вперед? Почему именно €623, а не €600, €700 или €550?

Мы взяли среднюю цену за мегаватт-час, исходя из прогнозов публичных агентств, которые мы анализируем. Как я уже говорил, это Argus, Bloomberg и другие. У нас получилась около €53 за мегаватт-час. Наши аналитики согласились с этим прогнозом. Плюс к этому расходы на транспортировку — в итоге около €623 за тысячу кубометров (около €60 за мегаватт-час).

«По закону мы не обязаны согласовывать это с админсоветом»

Член админсовета Александр Слусарь, подавший в отставку после вашего запроса в НАРЭ, обвинил вас в нетранспарентности, так как вы не уведомили и не обсудили запрос с административным советом. Почему вы этого не сделали?
Нетранспарентно? Наше заявление и наши расчеты можно найти на странице НАРЭ.

Понятно, что их можно найти. Я имею в виду другое: у госпредприятия Energocom есть административный совет, и его заранее не уведомили.

Хорошо, тогда давайте разделим эти вопросы. Что касается транспарентности, информация была опубликована официально.

Возможно, я не совсем точно выразился. Я имею в виду транспарентность по отношению к совету?

Запросы относятся к оперативной деятельности Energocom. По закону мы не обязаны согласовывать такие действия с административным советом. Есть закон, который мы обязаны соблюдать. Допустим, административный совет скажет: «Нет, не подавайте запрос», а закон говорит, что мы обязаны его подать. Кого в таком случае слушать?

Закон. Но я сейчас не об этом. Вы, думаю, знаете, как на ваш запрос отреагировали потребители — очень критически. Никто, понятно, не хочет платить больше. Поэтому, наверное, логично было бы объявить об этом заранее, собрать админсовет и объяснить: «Вот такая ситуация, вот наши закупки, вот наши прогнозы, поэтому мы подаем запрос».

Я вам уже сказал: это оперативная деятельность Energocom. О чем мы говорим — о законе или о человеческих отношениях?

И о том, и о другом.

Давайте так: если мы соблюдаем закон и говорим о законе, давайте его соблюдать.

Просто это выглядит странно.

Странно, что кто-то соблюдает закон? Это странно?

Слусарь говорил, что вы ему сообщили о запросе за час до его отправки.

Да, за час до отправки мы отправили e-mail не только ему, а всему совету. Мы их уведомили.

Значит, все-таки вы их уведомили. Тогда опять не совсем понятно: вы говорите, что не обязаны были этого делать, ссылаетесь на закон, но при этом все равно уведомили. Тогда зачем было уведомлять, если вы не были обязаны это делать?

Не обязаны. Но сделали, чтобы они были в курсе.

Думаю, он имел в виду именно это: что хотел бы узнать чуть раньше, чтобы быть в курсе. Наверное, он это подразумевал, когда обвинил вас в том, что его не уведомили.

Процесс уже был запущен. Через час после того как мы уведомили в том числе господина Слусаря, мы отправили запрос в НАРЭ.

Слусарь после этого действительно подал заявление об уходе и ушел?

Да.

Когда мы с ним говорили, он сказал, что, возможно, согласился бы с доводами руководства предприятия, если бы ознакомился с вашими расчетами. Без этого 106 млн леев кажутся не такими большими отклонениями, особенно с учетом волатильности рынка и сложностью его прогнозирования. Возможно, стоило повременить, посмотреть, стабилизируется ли ситуация на рынке, и тогда повышение могло бы быть не таким высоким?

Если бы мы поступили так, как говорит господин Слусарь, мы бы продолжали накапливать финансовые отклонения, а потом в какой-то момент все равно включили бы их в тариф.

А если бы через месяц-другой цена пошла вниз?

Отклонения на тот момент уже были.

Да, но если бы цена на газ сильно снизилась?

Тогда был бы другой прогноз. Это работает и в обратную сторону. Если в течение следующих нескольких месяцев ситуация изменится и наши расчеты скорректируются, мы, конечно, подадим запрос в обратную сторону. Этот механизм работает в обе стороны.

А как вы закупаете газ на зимний период?

Мы заключаем форвардные контракты. То есть заранее покупаем газ с поставкой на октябрь, ноябрь, декабрь, январь, март и так далее.

В июне газ цена на газ была ниже €40 за мегаватт-час. Почему Energocom не закупал тогда?

Потому что форвардная цена все равно была выше — более €50 за мегаватт-час.

После повышения тарифа на газ обычно дорожает и центральное отопление. В этот раз будет так же?

Как вы знаете, с 1 апреля этого года крупные потребители уже не покупают газ по регулируемым тарифам. Они закупают газ на свободном рынке — тот продукт, который им нужен, исходя из текущей рыночной ситуации.

На свободном рынке цена уже давно выше регулируемой — выше 13,35 лея. Поэтому, думаю, что да, подорожание возможно.

«Людей всегда интересует, сколько зарабатывает тот или иной человек по сравнению с ними»

Если я не ошибаюсь, 60% тарифа на газ — это закупочная цена.

66%.

А остальные затраты, входящие в тариф — транспортировка, административные расходы и т. д. — их можно как-то сократить?

Давайте вкратце разберем структуру тарифа с цифрами. Как я уже сказал, 66%, или 12,67 лея — это стоимость газа. Транспортировка — 60 банов или 3,10%. Распределение — 4,70 лея, или 24,63%. Административные расходы поставщика Energocom — 56 банов или 2,95%. Из них зарплаты Energocom в тарифе составляют 6 банов. Отклонения — 54 бана, рентабельность — 13 банов. Вот составляющие тарифа.

Что из этого можно убрать? Я, конечно, предполагаю, что вы сейчас спросите о зарплатах. Давайте уберем всю зарплату — тариф снизится на 6 банов.

Про зарплаты тоже интересно поговорить. На фоне подорожания газа появилась информация, что ваша годовая зарплата составляет 1,2 млн леев. Насколько адекватны такие зарплаты и насколько они соответствуют рынку?

Во-первых, хочу сказать, что расходы на зарплаты всей группы Energocom составляют меньше 1% — около 0,29–0,30%. Все зарплаты в Energocom полностью соответствуют постановлению №743. А если сравнивать наши зарплаты с уровнем зарплат в энергетической отрасли стран Юга Европы, то у нас они ниже.

Можно в цифрах?

Та же сумма, только в евро.

То есть €100 тыс. в месяц?

Около, €50 тыс.

А какая средняя зарплата в Energocom?

Средняя зарплата брутто у нас 48 тыс. леев.

Как вам кажется, почему вообще разгорелся этот скандал вокруг зарплат в госсекторе? Почему это стали так активно обсуждать?

Вопрос зарплат всегда был очень щепетильным. Сколько кто зарабатывает — это общечеловеческий интерес. Людей всегда интересует, сколько зарабатывает тот или иной человек по сравнению с ними.Не хочу углубляться в эти дебаты, но есть такая поговорка: не надо смотреть на чужие расходы, надо смотреть на свои доходы. Возможно, это звучит не слишком популярно.

Но зарплаты в электроэнергетике или газовой сфере соответствуют рискам, обороту предприятия и характеру деятельности. Покупать электроэнергию или газ, поставлять и распределять их — это непросто. Это большие риски и огромная работа. Поэтому нельзя сравнивать деятельность в таких ключевых сферах с какой-то другой деятельностью.

Мы много говорили о тарифах на газ, упомянули и индекс Brent. А кризис вокруг Ормузского пролива может повлиять на стоимость импортируемой в Молдову электроэнергии?

На данный момент — нет. Сейчас лето, на рынке есть избыток электроэнергии, в том числе в дневные часы, поэтому пока этот кризис никак не повлиял. Не знаю, как будет, когда начнется отопительный сезон. Солнечной генерации станет меньше, и тогда, возможно, электроэнергия подорожает.

Это сокращенная версия видеоинтервью. Полную смотрите на YouTube NewsMaker.md