Судебная система Молдовы сопротивляется всякий раз, когда сталкивается с делами и обвинениями против экс-лидера Демпартии Владимира Плахотнюка. Это заявил генпрокурор Александр Стояногло, по мнению которого некоторые судьи «продолжают служить корпорации Плахотнюка». Эксперты говорят, что в этом нет ничего удивительного, учитывая «оптимизацию судебной системы», которую успел провести Плахотнюк. NM в связи с этим решил напомнить, как старая система блокирует расследование дел Плахотнюка, Metalferos и кражи миллиарда.
Дело Виорела Мораря
Генпрокуратура впервые сообщила о «проблемах в судебной системе» в феврале 2020 года в связи с делом экс-главы Антикоррупционной прокуратуры Виорела Мораря, которого обвинили в злоупотреблении служебным положением. Согласно материалам дела, Морарь, кроме прочего, «защищал Плахотнюка и его людей от подозрений по делу о краже миллиарда».
Дело Мораря суд Буюкан начал рассматривать 14 февраля. В тот же день судьи освободили Мораря под судебный контроль после двух месяцев ареста. При этом одна из судей — Анна Кучереску выступила с особым мнением, в котором сообщила, что не согласна с коллегами, решившими освободить Мораря из-под ареста.
17 февраля Генпрокуратура заявила, что судейскую коллегию, рассматривающую дело Мораря, сформировали незаконно. Прокуроры пояснили, что дело попало на рассмотрение к Анне Кучереску, но по ходатайству адвокатов Мораря к рассмотрению дела привлекли еще двух судей. В Генпрокуратуре отметили, что, после того как дело распределили одной судье, нельзя было принимать решение, что его будет рассматривать судейская коллегия. Также прокуроры обратились в Высшую судебную палату (ВСП) и попросили, чтобы дело Мораря передали на рассмотрение в другой суд. ВСП в этом отказала.
Сейчас дело Мораря продолжает рассматривать суд Буюкан. Морарь находится на свободе, которую суд не ограничил ни одной из мер пресечения.
Кража миллиарда и ордер на арест Плахотнюка
О причастности Плахотнюка к краже миллиарда представители гражданского общества говорили еще в 2015 году. Однако, пока Морарь возглавлял Антикоррупционную прокуратуру, с 2016 по 2019 год, прокуроры расследовали только действия фигурировавших в деле «группы Шора», «группы Филата» и «группы Платона». «Группа Плахотнюка» появилась в деле, после того как генпрокурором стал Стояногло и изменил стратегию расследования.
В мае 2020 года генпрокурор сообщил, что прокуратура собрала доказательства того, что Плахотнюк был бенефициаром кражи миллиарда. Плахотнюку предъявили обвинения в создании организованной преступной группы, отмывании денег в особо крупных размерах и в мошенничестве в особо крупных размерах.
Но прокуратуре было непросто дойти до этого. Сначала тогдашний глава Антикоррупционной прокуратуры Виорел Морарь отказался предоставить новому генпрокурору материалы дела о краже миллиарда. Затем примеру Мораря последовал Нацбанк, тоже отказавшийся предоставить прокурорам документы, которые они запрашивали. Только после серии обысков НБМ сообщил, что готов сотрудничать с прокуратурой.
Тормозила дело и судебная система. Несмотря на предъявленные Плахотнюку обвинения, судьи не торопились по запросу прокуроров выдать ордер на арест Плахотнюка. Апелляционная палата пять раз переносила рассмотрение этого вопроса. И, хотя обычно ходатайства об аресте рассматривают в течение нескольких дней, рассмотрение ходатайства об аресте Плахотнюка затянулось почти на месяц. АП рассмотрела этот вопрос только после того, как Генпрокуратура распространила пресс-сообщение, в котором подчеркнула, что отсрочки суда по этому делу «сводят на нет усилия правоохранительных органов».
Ходатайство прокуроров об аресте имущества Плахотнюка суд удовлетворил лишь частично, разрешив арестовать 10 объектов недвижимости в Молдове, но отказал в аресте недвижимости Плахотнюка в Швейцарии, Франции и Румынии общей стоимостью €7,7 млн.
Обыск в офисе ДПМ
Прокуроры столкнулись с сопротивлением судебной системы и когда в рамках расследования кражи миллиарда запросили ордер на обыск бывшего центрального офиса Демпартии. Следствие выяснило, что из бывшего офиса ДПМ вывозят вещи и документы, которые важны для расследования. Однако суд сектора Чеканы и АП Кишинева отклонили ходатайства прокуроров об обыске. В итоге обыск провели на основании мотивированного постановления прокурора без санкции судьи (это разрешает Уголовно-процессуальный кодекс, но после обыска и задержания необходимо получить санкцию суда). По итогам обыска задержали главу отдела информационных технологий ДПМ Михая Кукоша. Также прокуроры изъяли из офиса ДПМ документы и компьютеры (подробно об этом NM рассказал в материале «Консьерж секретных переговоров»).
Дело Metalferos
Делом Metalferos тоже вплотную занялись после прихода в Генпрокуратуру Стояногло. На брифинге 20 августа он отметил, что Антикоррупционная прокуратура более года вела «поверхностное расследование» этого дела. Их работу пришлось провести Генпрокуртуре, которая выяснила, что за компаниями, которые проводили сомнительные финансовые операции с Metalferos, стоял Плахотнюк.
Прокуроры провели обыски и задержали 16 подозреваемых по этому делу. При этом суды три дня тянули с рассмотрением запроса о проведении обысков. А затем суд и АП отклонили ходатайства прокуроров об аресте задержанных, среди которых четверо полицейских. Прокуроры просили об их аресте, так как они могут повлиять на ход расследования.
По словам Стояногло, из оперативных источников ему известно «о настойчивых попытках фигурантов дела повлиять на расследование, которое ведут прокуроры».
Metalferos куют пока горячо. Что происходит вокруг любимой госмонополии Плахотнюка
И что дальше
На брифинге 20 августа Стояногло заявил, что, если положение дел не изменится, он «инициирует кардинальные изменения в судебной системе». О каких изменениях идет речь, он не пояснил, отметив, что на этом этапе их рано обсуждать.
По мнению юриста Штефана Глигора, в поведении судей нет ничего удивительного: «Плахотнюк в 2018 году провел оптимизацию судебной системы. Из 43 судов первой инстанции осталось 15. Это значит, что теперь есть 15 ручных председателей, которые выполняют его указания». По словам Глигора, часть судей АП на несколько лет раньше попала под влияние Плахотнюка.
Эксперт считает, что генпрокурор Стояногло сразу после вступления в должность должен был расследовать «не отдельные эпизоды, а деятельность организованной группировки Плахотнюка, включая депутатов и судей». «Ты не можешь ни с чем бороться, если судьи, которые были частью организованной группы Плахотнюка, рассматривают твои запросы», — считает Глигор.
Адвокат Виктор Мунтяну, в свою очередь, отметил, что у генпрокурора есть «широкая палитра действий». Мунтяну напомнил, что генпрокурор по праву должности входит в состав Высшего совета магистратуры (ВСМ) и как член совета может поднимать на заседаниях ВСП любые вопросы. Также Мунтяну отметил, что прокуроры могут писать жалобы на судей. Кроме того, по словам Мунтяну, Стояногло может обратиться в Венецианскую комиссию или Конституционный суд, чтобы они растолковали определенные вопросы, связанные с судебной системой.
«Думаю, основной посыл сегодняшнего выступления [Стояногло] был в том, что судебная система должна работать по закону, а не защищать чьи-то интересы. Время покажет, поняли ли этот сигнал», — отметил Мунтяну.
Штефан Глигор считает, что ситуация не изменится, если не провести реформу прокуратуры и всей системы юстиции. Однако, по его мнению, с нынешним составом парламента это вряд ли возможно.
Также Глигор считает, что Стяоногло должен открыто говорить не только о судьях, которые сопротивляются расследованию резонансных дел, но и о прокурорах, которые так поступают. «Давно пора это сделать», — отметил Глигор.
